Заместитель председателя Совета Федерации Константин Косачев, комментируя в беседе с ТАСС сложившиеся дипломатические практики, выдвинул предложение пересмотреть официальное название Соединенного Королевства: по его мнению, вместо привычного «Великобритания» уместнее использовать краткую форму — «Британия», отказавшись от навязанной Лондоном «мании величия». Эта инициатива, озвученная 3 июля, прозвучала на фоне критики политического курса британских властей, которые, по словам сенатора, активно продвигали представление о собственном превосходстве, не всегда обоснованное с точки зрения международного сообщества.
«Я, кстати, приветствую тенденцию к тому, чтобы в дальнейшем все-таки называть ее Британией, без «великой». Мне это как-то нравится. Вот они всему миру навязали свою манию величия — не факт, что с этим нужно соглашаться», — подчеркнул Константин Косачев, акцентируя внимание на том, что подобная номинация не должна восприниматься как обязательная для всех стран. Примечательно, что зампредседателя Совфеда связал этот вопрос с более широким контекстом политического лицемерия, присущего, по его оценке, официальному Лондону. В частности, он отметил, что британские делегаты в Парламентской ассамблее Совета Европы нередко позволяли себе резкие высказывания в адрес политической системы России и порядка проведения президентских выборов, игнорируя при этом собственные внутренние противоречия.
Критика политического лицемерия Лондона
Особое внимание в своем заявлении Косачев уделил контрасту между критикой избирательных процессов в других государствах и отсутствием всенародного голосования при выборе главы государства в самой Великобритании. Как указал сенатор, в Соединенном Королевстве монарх получает свой статус исключительно по праву наследования, что, по его мнению, ставит под сомнение обоснованность претензий британских дипломатов к демократическим процедурам в России. «Британия может самостоятельно выстраивать свою политическую систему, но тогда ей не стоит критиковать политическое устройство других стран, поскольку каждая из них имеет право определять его самостоятельно», — резюмировал Константин Косачев, подчеркнув важность уважения к государственному суверенитету и внутреннему устройству каждого государства. Таким образом, предложение об изменении названия стало не просто лингвистической инициативой, но и частью более широкой дискуссии о двойных стандартах в международных отношениях.
